|
Политическая история
Щербатов отрицательно относился к просвещению народа, которое, по его мнению,
ведет к духу неповиновения. “Ежели народ подлой просветится и будет сравнивать
тягости своих налогов с роскошью государя и вельмож,.. тогда не будет ли он
роптать по поводу налогов и, наконец, не произведет ли это бунта?”. Одной из
причин крестьянской войны Пугачева Щербатов называл обсуждение положения
крепостных в Уложенной комиссии, особенно же “неосторожные мысли и мнения”
депутата Коробьина, которые посеяли “заразу в сердца” депутатов низких чинов.
Они же, разъехавшись, “эти злые семена и в отдаленные области России
распространили”. Именно поэтому, писал Щербатов, почти все крестьяне
присоединились к “врагу отечества”.
Помещичьи крестьяне благоденствуют, уверял Щербатов; вина за их возбуждение
против помещиков лежит на тех, кто, подобно Коробьину, рассуждает о тяжелом
положении крепостных; “распространение таких мыслей произвело различные бунты,
как ныне пугачевский, и убийства большого числа помещиков своими крестьянами,
чем они ясно показали, что они никакой свободы недостойны, и что всякое
разрушение древней власти помещичьей над крестьянами может великое разорение и
гибель государству принести”.
Отношение Щербатова к самодержавию было сложным. Там, где речь шла о защите
феодального строя, Щербатов отдавал такой защите все силы и знания (по заданию
Екатерины II он написал в связи с восстанием Пугачева “Краткую повесть о бывших
в России самозванцах”). Однако там, где ставилась проблема привилегий родовитого
дворянства, участия феодальной знати в управлении обществом и государством,
Щербатов порой очень резко критиковал самодержавие. Самодержец –
“самовластитель, подчинивший своей власти все законы и благо народное”. Щербатов
порицал хаотическое состояние российского законодательства, жестокость уголовных
законов, “кнутобойство”, бездарность и леность чиновной бюрократии,
неустроенность правосудия.
Самовластие государя, произвол и употребление власти во вред общественному благу
может сдержать, по мнению Щербатова, только аристократия, “великое число сильных
и знатных родов”. Между тем монарх, обходя чинами и отличиями родовую знать,
окружает себя “временщиками, пронырами, выскочками и льстецами” из людей
“подлого состояния” (очень зло и ядовито Щербатов писал о Бироне, о Потемкине,
Самойлове и др).
Порицая абсолютизм с тираноборческих позиций, он предлагал передать
законодательную власть дворянскому сословному собранию и ограничить власть
монарха “основательными законами”. В произведении “Путешествие в землю Офирскую
господина С. швецкого дворянина” Щербатов изложил свой идеал – кастовое
рабовладельческое общество и тоталитарное олигархическое государство.
 Листать страницы: 1 2 3 4 5
6 7 8
9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 |
